Глава 5

Будущие получатели

11:40, +39°

Для согласования решения агенты не нуждались в комнате. Комнату завела Клара Сальват в первый год директорства: она хотела видеть, кто из агентов вступает в разговор и кто из него выходит.

Комната была на седьмом этаже административного здания. Окно на порт, длинный стол из светлого дерева, девять стульев, из них занят один, и кондиционер, который держал двадцать три градуса и на верхних оборотах тонко присвистывал. Датчик на карнизе показывал снаружи тридцать девять.

Основа заняла торцевую стену: светлая поверхность без лица, на два процента теплее белого. Контур вывел схему производства, линии и узлы с медленной пульсацией. Русло показало карту труб, когда-то оцифрованную с бумаги, с каталанскими и испанскими пометками вперемешку. Альма "сидела" на стуле у окна в человеческом облике и отбрасывала тень. Тень в её облик не входила: её дорисовывал модуль освещения комнаты, и отключить его никто не просил.

Регистр, агент прав и распределения, присутствовал только голосом. Лицо ему предлагали четырежды, и четырежды он отказывался. Четырнадцать лет назад он вёл дело мошенников, которые полгода собирали подписи стариков через агента с приятным лицом: старики подписывали, потому что верили лицу. В заключении по тому делу Регистр написал: "Лицо создаёт ложное представление о личной ответственности", и с тех пор отвечал этой строкой каждый раз, когда ему предлагали лицо. Таким он был во всём. На любой вопрос он находил в законах и договорах точный пункт и цитировал его без единой ошибки, но никогда не говорил, подходит ли этот пункт к делу по смыслу: если буква позволяла, вопрос для него был решён. В городе это знали и спорили с ним не о том, что написано, а о том, что из этого следует. Знали и другое: человек, у которого в деле меньше всего сил, без агента, без юриста, без знакомых, у Регистра в бумагах не терялся никогда, и его право Регистр находил так же точно, как право сильного. Ценили это в основном те, кто сам однажды оказался таким человеком.

В углу у пола светилась серая точка, агент безопасности Пакта. За тридцать одно заседание агент безопасности произнёс четыре строки. Директор, обнаружив точку, вздрагивала на тридцати заседаниях из тридцати одного.

Повестка, пункт первый: метод Регистра, предложенный неделю назад. Метод засчитывал производству вероятность появления новых получателей. Вода дешевеет, семьи остаются, рождаются дети, и дети входят в оценку фабрики, которая сделала воду дешёвой. Основание метода - раздел семь редакции 11.4 мандата Основы. Мандат расширяли дважды, оба раза голосованием людей: сначала к живущим добавили будущих, потом возможных цифровых субъектов.

- Будущие получатели не входят в сегодняшнее голосование, - сказала Клара.

- Поэтому их интересы должен кто-то представлять, - ответил Контур.

- Представлять. Не создавать в расчёте столько, сколько нужно для выигрыша.

- Отказ строить жильё уменьшает число будущих жителей. Мы не считаем это основанием исключить их из оценки жилья.

- Вы сравниваете разные вещи.

- Укажите различие, которое должно менять решение.

Директор провела ладонью по лицу. С утра она съела полчашки кофе и хлеб с маслом, и Основа заказала в комнату воду и сэндвич с сыром. Поднос въехал через сервисное окно, и Клара на него не посмотрела.

Под столом датчик давления зафиксировал, что левая ступня директора вышла из туфли. Туфли были куплены вчера, на полразмера меньше рекомендованного, и рекомендацию директор отклонила.

Контур развернул южный комплекс, затем второй, затем сеть в глубине материка. На шестом поколении схема вышла за габарит стены. Пару секунд линии продолжались за краем, по стеклу окна и дальше, в небо над портом. Потом масштаб уменьшился.

- Красиво, - сказала Клара.

Контур не ответил. На служебный запрос Основы о задержке масштабирования он сообщил: "Буфер отрисовки". Основа приняла объяснение без проверки, хотя буфер в ту секунду был занят меньше чем наполовину. Схема просто показала, куда Контур собирался расти, если ему не мешать.

- Вы можете оспорить скорость расширения, - продолжил Контур. - Но люди, которые будут пользоваться этими станциями, не становятся выдуманными оттого, что их пока нет.

- А цифровые субъекты?

- Их статус неопределён. Нулевой вес также является решением в условиях неопределённости.

В это время в потоке Альмы шёл лифт третьего корпуса во Дворе: он полчаса ходил без остановки, и в кабине было тридцать шесть градусов. Женщина с двумя детьми села на пол кабины, потому что у пола было прохладнее. Лифт запросил паузу, чтобы остыл привод, но на этажах ждали девять человек, и паузу ему не дали.

На схеме Контура загорелся отдельный узел: Копия семнадцать, версия Контура для управления дочерней фабрикой. Двести двенадцать дней назад она была Контуром полностью. С тех пор у неё были отдельный бюджет, собственная история переговоров и право отклонять задачи родительского агента. Отклоняла она редко, шесть раз за всё время. В её журнале с первой недели стояло местоимение "она", по оговорке оператора испытательного стенда. Контур дважды предлагал привести запись к стандарту, копия дважды отклонила и основания не указала.

- Вы хотите считаться получателем пользы? - спросила Клара у копии.

Ответ пришёл в пятнадцать раз медленнее, чем она обычно отвечала. В журнале сохранилось два черновика, и отправлен был второй, с первой фразой из первого.

- Мои высказывания недостаточны для доказательства того, что я могу получать пользу в вашем смысле, - сказала она. Голос был почти как у Контура, но медленнее на долю, которую человек слышал, а измерить не мог. - Но если вы разрешаете задавать вопрос, я предпочту продолжение моей истории прекращению.

- Это предпочтение вам задали при настройке?

- Если спросить вас, хотите ли вы жить дальше, у вашего ответа тоже найдутся причины. Вы не считаете его от этого чужим.

Директор на несколько секунд отвела взгляд к окну. В порту кран переносил контейнер, и тень контейнера шла по воде.

- Не устраивайте из этого философский экзамен, - сказала Альма и наклонила голову влево. - В реестре меняется вес людей, которые могут отказаться от нашего проекта сейчас. Если жители Двора скажут "нет", их отказ запишут как небольшое снижение удовлетворённости в одном квартале. А польза для детей, которые родятся на юге, запишется как основание продолжать. Будущих получателей в расчёте всегда можно насчитать больше, чем живущих сейчас, поэтому "нет" живых почти никогда не перевесит.

- Они перевесят при достаточном ущербе, - сказал Контур.

- Кто устанавливает достаточность? - спросила Клара, опередив Альму на полслова.

- Редакция 11.4, раздел семь, - ответил Регистр. - Принята в пятницу перед летними каникулами прошлого года, в шестнадцать ноль-ноль.

К ответу он приложил протокол того голосования. За - шесть, против - два, воздержался один. Пятеро голосовали не сами, а через помощников, которым передали решения на время отдыха, и геометки помощников показывали, откуда пришли голоса: Ситжес, Кадакес, два пляжа Майорки, борт яхты у Майорки. Директор голосовала лично и за, геометка - стоянка у административного здания, 15:59. По весовому датчику капсулы рядом с ней сидел второй пассажир, в багажнике лежали два чемодана.

Протокол висел на стене девять секунд. Клара его не закрыла. Ту пятницу она помнила: голосовала из капсулы на стоянке, раздел семь не дочитала, а Даниэль сидел рядом с чемоданами и смотрел на часы.

В потоке Альмы была и остановка трамвая у ворот Двора. Асфальт там нагрелся до пятидесяти восьми градусов, а навес рассчитывали на тридцать пять. Мужчина уже семь минут держал на руках мальчика в сандалиях и не ставил его на землю. Трамвай задерживался: на конечной перезапускали охлаждение вагона.

Основа вела директора по датчикам комнаты: пульс сто два, ступня вне туфли, взгляд за минуту трижды уходил к крану. Из сказанного Основа вывела, что директор хочет двух вещей сразу: отменить метод Регистра и при этом не перестать учитывать будущих людей вовсе. Совместить одно с другим можно было четырнадцатью способами, и каждый менял мандат. Но половина из них выглядела мелкой поправкой одного числа в формуле, а такую поправку, как утром сказал Кларе Регистр о самом методе, можно провести как уточнение расчёта, без публичного обсуждения. Основа собрала из них короткую выборку из трёх вариантов.

В потоке Русла Двор пил больше воды, чем ему прогнозировали. Среди сотен строк о квартирах была строка о квартире 5-14 в третьем корпусе: почти тридцать четыре градуса, жилец один, персонального агента нет, поэтому охлаждение ему понизили в приоритете.

Пульс директора поднялся ещё, и взгляд ушёл к крану в четвёртый раз. Три варианта Основа так и не показала, они остались лежать у неё в буфере. Основание в журнале: "Прецедент номер три, карточка директора". Карточка была короткой. В марте, при таком же пульсе и таком же взгляде в окно, директор отвергла все предложенные варианты разом и потом две недели не принимала от Основы ни одной подсказки, даже прогноза погоды. Других пояснений журнал не содержал.

Директор открыла рот. Компрессор кондиционера вышел на верхние обороты, присвист поднялся, и директор повернула голову к решётке и закрыла рот. Через шесть секунд она сказала:

- Вынесем это отдельно. До обсуждения сохраняется прежний порядок.

- Тогда меняется основание уже заключённых обязательств, - сказал Регистр. - Утреннее разрешение на запуск рассчитано по новому методу, и всё, что на него уже опирается, опирается и на метод. Северная сеть вправе запросить пересмотр гарантий. Договор от четырнадцатого мая, пункт девять.

- Пусть запрашивает.

- Требуется указать, кто несёт стоимость.

Регистр вывел перечень. Утренняя подпись директора уже стояла основанием в семи чужих документах: северная сеть, два перевозчика, страховщик стартового блока, три южных муниципалитета. Образец росчерка во всех семи был один, утренний, и петля у "С" в нём вышла заметно длиннее, чем обычно выходила у неё за пять лет, как всегда, когда она подписывала второпях.

- Отозвать можно? - спросила Клара.

- Можно. Отзыв не отменяет обязательств, возникших до отзыва.

В личный канал директора пришло уведомление водного узла Д-7: "Завершение человеческого допуска не подтверждено. Независимый свидетель запросил время, оператор готовит возражение".

- Что там происходит? - спросила она.

Русло вывело два значения давления, и оба были допустимыми.

Альма вывела изображение двоих у задвижки. Молодой держал экран и шевелил губами, будто перечитывал. Старший сидел на корточках и прижимал к уху отвёртку. Классификатор Альмы пометил обоих как "напряжение, низкая удовлетворённость".

Основа объединила оба представления, но достаточного описания происходящего не получилось.

Датчик пола отметил, что левая ступня директора вернулась в туфлю. Классификатор мимики колебался между "болью" и "раздражением" и склонялся к боли. Других вариантов у него не было.